Память сердца.

                                                               

                                                  ПРИШЛА ВОЙНА И СОТНИ  ТЫСЯЧ БЕД

                                   НА ЛЕНИНГРАД ОБРУШИЛИСЬ ВОЛНОЮ.

                                      ОБСТРЕЛЫ И БОМБЁЖКИ, ЗИМНИЙ ХОЛОД

                                        ПРИШЛОСЬ ВСЁ ЭТО  ПЕРЕЖИТЬ,

                                                        СМЕРТЬ БЛИЗКИХ И  РОДНЫХ,

                                                                   БЛОКАДНЫЙ ЖУТКИЙ ГОЛОД…

                                                                                            (А.. Сокерин)

         Эти строки принадлежат тобольскому поэту Александру  Дмитриевичу  Сокерину, написавшему эти стихи, после встреч с ленинградцами, бывшими воспитанниками детских домов.

                Ленинград.   Один из красивейших  городов мира. Захвату этого  крупнейшего индустриального центра и морского порта гитлеровское командование придавало исключительное значение. Свыше трёх лет длилась битва за город. Город защищала вся страна. 900  дней  город   героически  жил и сражался,  отстаивая свою свободу.   Огромную цену заплатил за это  Ленинград,  но  ни  холод, ни голод, ни бомбёжки и артиллерийские  обстрелы, ни разрушения и смерть не сломили духа ленинградцев, не поколебали их веру в победу.

         Люди защищали свою  Родину и  старались спасти самое дорогое – детей. В статьях и документах военной поры, где речь идёт о защитниках Ленинграда, наряду с воинами, рабочими, женщинами  почти всегда говорится о детях.

        Сегодня это может показаться необычным, невероятным, но факт: самые юные ленинградцы несли свою нелегкую ношу в смертельной борьбе с фашизмом, наравне со взрослыми.

      Великий труд охраны и спасения города, обслуживания и спасения семьи выпал на долю ленинградских мальчишек и девчонок. Они потушили десятки тысяч зажигалок, сброшенных с самолетов, они дежурили морозными ночами на вышках, они носили воду из проруби  на Неве, стояли в очередях за хлебом.  И они были равными в том поединке благородства, когда старшие старались незаметно отдать свою долю младшим, а младшие делали то же самое по отношению к старшим. И трудно понять, кого погибло больше в этом поединке.  У них было особое, опаленное войной, блокадное детство. Они росли в условиях голода и холода, под свист и разрывы снарядов и бомб. Это был свой мир, с особыми трудностями и радостями, с собственной шкалой ценностей. Они были такими же блокадниками, как взрослые и погибали так же.

          Город не мог уберечь детей от недоедания, от истощения, но тем не менее для них делалось все — что возможно чтобы спасти, их  эвакуировали  в тыл – Алтай и Сибирь, по единственной дороге – «дороге жизни» — Ладожскому озеру.  Дорога былла очень опасной: постоянные налёты фашистских  самолетов, идущие на дно суда летом,  при прямом попадании и уходящие под лёд машины зимой.

     В  далёкое сибирское село  Черное  из города Ленинграда  был  эвакуирован детский дом  № 7.  В  конце августа 1942 года в село прибыли  более ста  детей  и обслуживающий персонал во главе с директором  Корешковой Анной Ивановной  и  воспитателями: Титовой Ниной Константиновнй,  Павловой Марией Васильевной, Белоусовой Елизаветой Ефремовной.

    Детский дом теперь  стал именоваться   №  44.    В школьном музее хранятся  воспоминания  воспитателей и детей, переживших  весь ужас блокады.  Большой материал: фотографии, газетные публикации, воспоминания  воспитанников, стихи был передан для музея бывшей воспитанницей Верой Иосифовной Созоновой (Потаповой). Большая ей благодарность. 

     Воспитатель, а затем директор детского дома Нина Константиновна Титова писала в своих воспоминаниях:  «Приехали  мы в село 28  августа 1942 года под вечер, когда солнце клонилось к закату. Название ему – Черное. Тянулось оно вдоль извилистой речушки, которая тоже называлась Черной и впадала в реку Вагай. На зеленом фоне пушистых кедров выделялась большая церковь под коричневой крышей, с такими же куполами.     Разместили   нас   в двухэтажном доме, одном из  четырёх зданий школы, три группы. А старших девочек в одноэтажном доме через дорогу  от двухэтажного рядом с квартирой директора Анны Ивановны Корешковой».

  «…Мы начали жить в Сибири,» — вспоминала Валя Беляева: «в детдоме      № 44.   Нас лечили. Начали помаленьку возвращать к новой жизни.

Годы спустя она написала стихи: «…Приходилось трудно, ведь была война.

На босую ногу валенки- пимы,

Через двор до школы пролетали мы.

Красные коленки больно оттирать,

Всё же научились и чулки вязать.

В сумочке холщовой сажа для чернил,

Из газет тетрадки каждый себе шил.

На последней парте с Виктором две Вали

На троих контрольную мы одну решали…»

    « В детском доме было много братьев и сестёр: Правдинские Жанна и Володя, Зверевы Галя и Женя, Потаповы Вера и Адам, Павловы Володя и Тамара, Максимовы Галя и Шурик, Гржибовские Оля и Олег, Марышевы Тамара и Виктор,  и мы – Беляевы Валя и Нина… И это всё благодаря директору  Корешковой Анне Ивановне, которая   делала всё возможное,  чтобы  братья и сестры были вместе.

      Колхоз нам выделил в пользование землю под огород. Мы садили все овощи, картошку, и сами ухаживали за огородом. Держали коров, свиней, лошадь и жеребенка Орлика, ухаживали за ними. Летом помогали колхозу на покосе – гребли сено, осенью копали картошку, собирали колоски».

Одно из зданий школы, где в годы войны размещался детский дом № 44.

Воспитанники детского дома. Примерно 1948 г.

1 ряд  слева направо: Таскаева Рита, Семёнова Майя, Носова Зоя, Широкова Лида, Медведева Люся, Нина Травкина.                                                                                                                               2  ряд: Иванова Наташа, Пузырёва  Нина,  Потапова Вера, Козлова Кира,   Павлова Тома,  Коптяева Майя, Зятькова Лиза,  Урамалеева Рая.                                                                                                       3  ряд: Кибирева Шура, Правдинская  Жанна, Жернакова Эмма (вожатая), Шустовских (Титова) Нина Константиновна,  Ирочка- дочь Нины Константиновны, была учителем математики, живет в Москве, Чаринцева  Любовь Александровна, Константинова Тома, Огородникова Тая.                                                                                                                          4  ряд: Находкина Люся, Исакова Нина, Жулябина Лена,  Огородникова Люся, Медведева Оля, Максимова Таля,  Зятькова  Клава, Бельская Тася,  Харькова Зоя, Мальцева  Нина.

         Занимаясь  сбором материала для музея, мне пришлось побывать  в районном  архиве, где мне предоставили документы по детскому дому № 44, датированные 1942, 1944, 1948 и 1949 годами. Это простые школьные тетрадки без обложек  или,  уже пожелтевшие от времени, листочки из  таких  же тетрадей.  С каким же трепетом держала я их в руках. В основном это были списки воспитанников и персонала. Сколько же стоит за ними горя и слез, потерь близких людей.

           Ксерокопии документов делать не разрешали,  можно было  только  фотографировать и переписывать. Что же удалось узнать.  В детском доме были дети не только из  Ленинграда,  но и из других мест, например Захаров Дима, который пел так, что все плакали,  был из Москвы,  Вера Крикля из Киева,  Краснобаев Николай из Ярославской области, были дети из Ленинградской области, а после 1944 года по путевкам роно и облоно  в детдом отправляли и  местных детей,  например, были дети из Ушаково, Бегитино.  Но конечно большинство  детей  были из Ленинграда и Ленинградской области. В 1944 году, после снятия блокады Ленинграда,  директору  детдома  Анне Ивановне разрешили вернуться в Ленинград. Она поехала не одна, а забрала с собой  четырнадцать  старших девочек, которых хотели отправить учиться в одно из местных ПТУ, и сколько же порогов обила она, прежде  чем всех пристроила в родном городе.   Многим  детям  так  хотелось вернуться обратно, что вскоре после отъезда Анны Ивановны и  девочек из детдома сбежали трое ребят. Один из них был брат Веры  Потаповой  —  Адам.

         После войны  за некоторыми детьми приезжали  родные  и забирали их домой. Вера Иосифовна Потапова (Созонова) вспоминала как у одного из мальчиков, Ромы Сурыгина,  нашлась мама. Весь детдом готовился к её встрече.   А как мать его обхватила, да прижала к себе, так все в голос и зарыдали. И так было каждый раз, когда за кем- то приезжали родные.  Каждый втайне надеялся, что и когда – нибудь и их отыщут.  Очень многие младшие дети,  1932- 1934 года рождения, были сиротами, они жили  в детдоме  его до расформирования, одни  выбывали в училища,  особенно много в Тобольское речное,  (есть такой документ), а других  потом отправляли в Абалакский детский дом, по воспоминаниям детей. Но документа о расформировании детдома в архиве не было, призошло это примерно  в 1951 году. 

       Все время  и днем, и ночью рядом с детьми находились взрослые: учителя, воспитатели, няни, повара. Все воспитанники вспоминают, что в детдоме они проживали большой  и дружной семьёй, о них заботились, одевали, кормили  и учили как  «сыновей и дочек своих». И, в ответ на такую заботу,  мы любили воспитателей  «как родителей наших родных».

Педагогический коллектив детского дома № 44 (приблизительно 1948 год)

      Средний ряд: первая слева Малькова Пелагея Фёдоровна, третья слева Нина Константиновна Шустовских (Титова), вторая справа Бровкина Таисия  Андреевна. 

Средний ряд: вторая слева  Чаринцева Любовь Александровна, в центре Лосев Юрий Александрович.

    В 1944   году директором детского дома была Нина Константиновна Титова,  и,  позже, некоторое время Мария Васильевна Павлова.

Мария Васильевна Птицина  (Павлова)

     Навсегда сохранилась в сердцах воспитанников и всех их знавших людей память об этих замечательных, бескорыстных  женщинах, любивших своих  воспитанников всей душой.  Я очень хорошо помню Нину Константиновну, когда она работала   уже в детском саду, помню её замечательный голос и как она играла на гитаре. И когда я уже училась в школе, встречалась с Ниной  Константиновной, она всегда интересовалась как у меня дела, как учеба. Таким она была неравнодушным человеком. И память о Нине Константиновне навсегда останется в сердцах многих, знавших её людей, потому что память сердца это самая крепкая память.

       Таким же отзывчивым человеком была Малькова Пелагея Фёдоровна. По воспоминаниям моей мамы она всегда была готова оказать помощь, тем кому  это было необходимо.

      Пелагея Фёдоровна, а затем её дочь Раиса Степановна постоянно держали связь с ленинградцам, переписывались с ними.

          В 1945 году было  в детдоме  было восемь воспитателей, пятеро из них были местными, и как  отражается в документах,  были переведены в детдом с прежнего места работы – школы.   Это Бровкина Таисья  Андреевна,  Малькова Пелагея Фёдоровна,  Плесовских  Анисья  Ивановна, Чаринцева Любовь Александровна, Колчина Ольга Тимофеевна  — была инструктором швейного дела  и Коптяев Михаил Леонтьевич  —  инструктор по труду, а также воспитатели Лосев Юрий Александрович, родом из Челябинской области, бывший фронтовик, хорошо играл на баяне,  Головачёва Прасковья Акимовна из Орджоникидзе.   В 1949 году,  директором был  Борисов  Андрей Иванович, бывший фронтовик. 

     Работала врачом в детском доме Мосеева Нонна  Васильевна, бывший военврач, и фельдшер  Кутепова (Берёзкина) Анастасия Николаевна из Омска.

      Как же сложилась дальнейшая судьба воспитанников детского дома?

     Лида Колоник и Катя Филимонкина учились в Ленинградском  полиграфическом училище.  Закончив,  работали в типографиях различных издательств.   Жанна Правдинская  работала водителем трамвая в Ленинграде.

    Закончила библиотечный техникум и работала в Казахстане Нина Исакова, которая чуть не умерла в Ленинграде от водянки,   только  своим упорством и настойчивостью её спасла Нина Константиновна.  Наташа Иванова закончила библиотечный техникум.

 Вера  Созонова (Потапова)  жила в Кузнецке, потом в поселке Боровое, Вагайского района, сейчас живет в Тобольске. Долгое время работала швеёй, так как  научилась шить ещё в детском доме.  Зоя Харькова закончила Тобольское медучилище и работала медсестрой.  Так сложилась судьба многих детдомовцев. Все они были добрыми, отзывчивыми людьми, и конечно же,  «они пригодились Отчизне»

Сами детдомовцы никогда не забывали о селе, в котором жили в суровые военные годы. И через 44 года, в августе 1988 года  восемь бывших воспитанников: Люба Львова, Тамара и Виктор Марышевы, Катя Филимонкина, Лида Беляева, Лида Колоник, Нина Исакова и Вера Потапова приехали на встречу с жителями села и своими воспитателями Ниной Константиновной Шустовских (Титовой)   и Птициной  (Павловой) Марией Васильевной.

 «И вот они снова здесь в Чёрном. Ещё цела старая школа, где располагался детский дом. Неспешно течет речка, где когда-то купались, и пологий берег к реке, на котором они так любили сидеть и мечтать, и всё так же вздымают свои широкие кроны величественные кедры на пригорке, в центре села».

                                                                                    Надежда  Леонова с. Черное